Неистребимый. Трилогия - Страница 89

– Удачи, – хмуро пожелал прыгун. – Как я уже успел убедиться, чужой говорит только то и только тогда, когда это нужно ему. И ему довольно ловко удается водить нас за нос.

– Посмотрим, – сказал я, ныряя в темноту.

9. Обстоятельства

Я постарался припомнить, куда ушел Нкот, и двинулся в том же направлении, шагая вслепую. Фонарика у меня не было, поэтому оставалось только надеяться, что ночью поляна осталась такой же ровной, как выглядела вечером, и что для меня не найдется ямы, в которой можно сломать ногу.

Разные были у меня мысли, пока я искал Нкота. О чужом и Проколде, Бигмане и Отшельнике, Целителе… И о Нори. Конечно же я о ней вспомнил, забытье, одолженное чужим, почему‑то оказалось недолговечным, но просить Нкота о подобном одолжении еще раз я не собирался. Да, на сердце было муторно, но, по сути дела, выбора у меня не было – идти с Нкотом или вернуться. Если чужой проиграет битву с Проколдом, а это может произойти раньше, чем я доберусь до Фермы, то и добираться будет уже некому и не к кому. А сзади еще наседал Шефир. Так что вперед, на встречу с жутким Хищником мироздания… Но я и сам был настроен пойти с Нкотом до конца. Пойти и увидеть собственными глазами то, о чем он говорил. Этот поход Нкота… он будоражил воображение. Скорее всего, это будет единственным стоящим делом за всю мою жизнь, как прошлую, так и будущую, так что в столь достойном деле стоило поучаствовать. Естественно, о такой святой чепухе, как долг перед своей расой, речи не было. Что такое человечество? Инертная безликая масса. Это невозможно любить. Предпочитаю проявлять чувства к каким‑то конкретным людям. Мне важна была жизнь Нори, своя собственная, людей и… чужих, если уж на то пошло, которых я знал лично. А уже отталкиваясь от конкретики, можно было позаботиться и об остальных… Впрочем, вру. Существование человечества мне было очень даже небезразлично. Врагу не пожелал бы остаться в таком тотальном одиночестве, в каком остался Нкот…

Я обнаружил его по глазам, тлеющим во мраке зелеными угольками, и по мягкому призрачному свету, окутывающему его тело и высвечивающему долговязый силуэт. Интересно, как это ему удается – «подсвечивать» самого себя? Техномагия или свойство организма?

– Присаживайся, Никс, – голос чужого гармонично вплелся в ночную тишину мягкими низкими нотами, окрашенными легкой иронией. – Я тебя ждал.

– Я так и думал.

Я плюхнулся в траву и поджал колени к груди, обхватив их руками. Стульев на поляне не водилось, а не помешало бы. Или хотя бы такое же бревно, как у чужого… Он что, сам их делает? Пока было светло, я ничего подобного не заметил, а чужой отыскал уже второе.

– Вопросов у тебя, Никс, как всегда – великое множество, – насмешливо промурчал чужой.

– А ты, как всегда, припрятал все ответы и не желаешь ими делиться.

– Кое‑что я тебе скажу, чтоб не был таким обиженным. Прошлой ночью, когда Дос охотился на тебя после нашего расставания, я произвел разведку территории Проколда, ради которой мне и пришлось вас оставить. Это было необходимостью, а не прихотью, как ты посчитал.

– Разведку? – недоверчиво переспросил я. – Ты хочешь сказать, что за ночь добрался на своих двоих сюда и успел вернуться к Ферме на рассвете? Каким образом?

– Просто прими к сведению, что я это сделал.

– Понятно. Скажи… Ты смог причинить хоть какой‑то вред самому Шефиру во время этой бойни?

– Битвы, Никс, – в голосе Нкота мелькнули нотки недовольства. – Битвы сил. Твое определение мне не нравится.

– Понятие «битва» предполагает наличие двух более или менее равных по силе сторон сражающихся, Нкот, – назидательно заявил я. – У шелтян не было шансов выиграть у тебя.

– Ты забываешь о Шефире и шептунах. Мощь ментального излучения мозга Шефира просто потрясает, что весьма необычно для представителя вашей расы. Он представляет для нас определенную опасность. Я попытался просканировать его мозг, и у меня, лешука, ничего не вышло. Шефир сумел поставить настолько мощный ментальный заслон, что я не смог через него пробиться. Беспрецедентный случай за мою жизнь в отношении человеческого существа.

– Что? Ты так и не смог его достать? – Моему разочарованию не было границ.

– Ну уж нет. Шефир получил хороший ментальный удар, если и не смертельный, то очень и очень болезненный. Этого будет достаточно, чтобы он оставил нас в покое на некоторое время.

– Хоть одна хорошая новость за прошедший день, – проворчал я. – В общем, можно считать, что твое испытание слиянием удалось на славу.

– Мне известны твои догадки на этот счет…

– Еще бы. В отличие от Шефира я не могу закрыться…

– …но я не хотел бы развивать эту тему, далеко не все так просто, как тебе представляется.

– А не мешало бы…

– Об этом позже, Никс.

– Ну хорошо, нет так нет. Но мне еще не все ясно с Проколдом. По твоим словам выходит, что, уничтожив первого Врага, вы в дальнейшем охотились только за его семенами. Разве не было больше таких же существ? Ничто ведь во Вселенной не возникает в единственном числе, не будучи кем‑то…

– Ты догадлив, Никс, – со странным удовлетворением промурлыкал Нкот. Видимо, он перенял эту привычку у меня – постоянно перебивать собеседника. – Да, почти ничто в природе не возникает в единственном числе, не будучи кем‑то созданным. Обещаю, что расскажу тебе о Враге все, что знаю, но не сейчас. Позже.

Я решил не злиться. Все равно я уже был близок к разгадке некой тайны, связанной с Нкотом, ведь он, хотел того или нет, дал достаточно пищи для размышлений, и рано или поздно я доберусь до ее сути. Сам.