Неистребимый. Трилогия - Страница 373

К оглавлению

373

На балконе – просторной площадке четыре на десять метров – в данный момент никого не было, только томилась в ожидании парочка припаркованных глайдеров, принадлежавших то ли жильцам, то ли посетителям бара. Четвёрка «шмелей» уже рассыпалась в разные стороны, буквально вынюхивая информацию, а ИскИн «охотника», наверное, уже гудел на полную мощность, выцеживая из сотен и тысяч запахов, оставленных здесь людьми, нужный. Комповая башка, как иной раз Алагар ласково обзывал тактический зонд, прекрасно знала своё дело и в дополнительных указаниях нуждалась не часто. Жаль только, внутрь бара сразу проникнуть не удалось – сетка вентиляционных решёток оказалась слишком мелкой для бимодов (вполне в характере профи предусмотреть даже такую мелочь). Решётки можно было бы и вскрыть, но Алагар не стал торопить зонд. Если в течение ближайших десяти минут никто не откроет эту дверь для его «малышей», придётся войти внутрь самому, что ему делать весьма не хотелось. В вотчину шелтян суются без приглашения только законченные придурки. Так что он предпочёл пока постоять, осмотреться, что называется, прочувствовать это место. Ему, конечно, далеко до шелтян, но и у него кое‑что имелось. Он стрельнул у одного из шнырявших по воздушным этажам комодов штуку «Опалового Змея» и, облокотившись о перила террасы, закурил. Простейшая маскировка, которая, наверное, не изживёт себя во все времена. Ну, остановился какой‑то тип покурить, его право, нет? Маскировка… Алагар криво усмехнулся. Перед собой мог бы и не оправдываться. Разнервничался он что‑то сегодня, только и всего. Такая «железяка», с которой чуть ли не лоб в лоб пришлось столкнуться в сотовке Хэнка, хоть кого вгонит и в пот, и в дрожь, до сих пор хреново вспоминать. Очень хотелось надеяться, что на сегодня лимит на боевых роботов исчерпан…

Последний раз он заглядывал в «Курьер» чуть больше года назад, и пока здесь ничего не изменилось. Собственно говоря, вид бара не менялся никогда. И внешне, и внутренне заведение было оформлено в полном соответствии с представлениями шелтян о своей легенде: тонированный фасад из стекловолокна украшал голографический плакат, с которого на прохожих тупо пялился бравый молодец с бычьей шеей – такой шеей разве что вместо свай мосты подпирать, и квадратным подбородком, вполне способным работать волноломом. Затянутая в чёрный костюм туша молодца красовалась на непрерывно осциллирующем фоне ночного звёздного неба, исчерченного кривыми космических трасс и испятнанного серебристыми запятыми каких‑то шальных космолётов (из‑за малых размеров больше смахивавших на потерявшие управление сперматозоиды). Кувалдообразная пятерня парня стискивала ручку небольшого чёрного чемоданчика с оттиснутой на поверхности эмблемой Почтовой Корпорации Новы‑2 – серебристая запятая стилизованного космолёта, пробитая навылет багровой зигзагообразной молнией с пылающим жёлто‑белым остриём. Аналогичная эмблема горела у «курьера» на груди.

Кто сейчас находится в баре, с террасы не разберёшь, а вот изнутри сквозь тонированную витрину хорошо видать, кто пожаловал в гости. Ничего, он пока покурит, до предварительных результатов «охотника»… Насколько Алагару было известно, такой же бар можно было найти в любом «историческом» месте, где ступала нога этого самого Элиота Никсарда. Смешно прямо, и не лень людям заниматься всяким замшелым бредом…

Да, к слову, об этом типе. Не история, а прямо махровая романтика. Отпрыск довольно среднего по меркам Новы‑2 Дома – один из нескольких сотен себе подобных, мелкая знать, этот парень, Элиот Никсард, тем не менее довольно круто проявил себя в родовом боевом искусстве аристократов – в Мобра, умудрившись стать чемпионом красного года 437 радуги, это ж сколько… ага, ровно сто пять лет назад, круглая дата. Триумфальный день в его жизни – известность на всю планету. И одновременно трагичный – не успел он закончиться, как парень прикончил прежнего чемпиона из Дома Велсайтов. Поражение, нанесённое таким молокососом, свернуло тому крышу набок – наплевав на действовавшие в то время правила, запрещающие вызывать победителя на поединок в тот же год, лорд Тиндар спёр сестру новоявленного чемпиона и послал ему неофициальный вызов, предупредив, что если в это дело вмешаются стражи СОП, то девушка умрёт. Парень клюнул, что ему ещё оставалось? На его месте Алагар и сам поступил бы так же, если бы ему было лет двадцать с небольшим. Молодая кровь, горячая. Не всегда хватает мозгов её вовремя остудить, эту кровь, прежде чем принять решение. Поединок состоялся в центральном парке Тиртиниума, среди сребролистых лесопосадок благородных ладжи… и прямо там этот парень, выражаясь фигурально, открутил Тиндару башку. Когда на место трагедии прибыли стражи СОП, на теле лорда не было обнаружено никаких видимых повреждений, и только после вскрытия стало ясно, что нервная система у него буквально выжжена дотла – для мастеров Мобра такое возможно. А так как человек, которого Элиот убил, принадлежал к неизмеримо более знатному Дому Новы‑2, чем он, парня засудили. От полного уничтожения личности его спасло только то, что и он, как ни крути, все‑таки тоже являлся аристократом. Так что ему влепили тридцать лет иноличия, имплантировали в башку память безродного курьера Почтовой Корпорации, и наш герой стал пахать землю, зарабатывая себе на кусок хлеба. Вот в качестве курьера он на Шелту и попал, прямо в лапы к чужому, собиравшему там команду для борьбы с Порождением. Ну, чем не романтика? Так её и этак… Подобных историй об отпрысках Правящих Домов, между прочим, на Нове‑2 пруд пруди, куда же без этих сказок для простонародья, поднимающих дешёвую популярность власть имущих… Кстати, о власти. Сейчас бы его никто не засудил. Времена изменились. Теперь чемпионат проходит только между представителями Правящих Домов, и победитель становится правителем планеты и её координатором на всю радугу. Искусство Мобра и раньше было уделом избранных, а сейчас это положение только усугубилось, подпольное обучение «неаристократа» жуть как строго карается по закону…

373